Дети капитана Гранта - Страница 186


К оглавлению

186

Но леди Элен не признала себя побежденной. Она все еще надеялась найти доступ к сердцу этого безжалостного человека. На следующий день она сама пошла в каюту Айртона, желая предотвратить бурные сцены, сопровождавшие появление боцмана на палубе яхты.

Два часа добрая, кроткая шотландка провела с глазу на глаз с атаманом беглых каторжников. Гленарван в волнении бродил у каюты, то решаясь испытать до конца это последнее средство, то порываясь избавить жену от такой тягостной беседы.

На этот раз, когда леди Элен покинула Айртона, в глазах ее светилась надежда. Неужели ей удалось пробудить последние остатки жалости в сердце этого негодяя и она вырвала у него тайну?

Первым ее увидел Мак-Наббс и не поверил своим глазам.

Среди команды с быстротой электрической искры разнесся слух о том, что боцман уступил наконец настояниям леди Гленарван. Все матросы собрались на палубе проворнее, чем по свистку Тома Остина, созывавшего их на работу.

Гленарван бросился навстречу жене.

– Айртон все рассказал? – спросил он.

– Нет, – ответила леди Элен, – но, уступая моей просьбе, он хочет говорить с вами.

– Ах, дорогая Элен, так вы, значит, добились своего!

– Хочу надеяться, Эдуард!

– Вы что-нибудь обещали ему от моего имени?

– Я пообещала ему только одно: что вы используете все ваше влияние, чтобы смягчить его участь.

– Хорошо, дорогая. Пусть сейчас же приведут ко мне Айртона.

Леди Элен ушла к себе вместе с Мери Грант, а боцмана привели в кают-компанию, где ожидал его Гленарван.

Глава XIX
СДЕЛКА

Матросы, которые привели боцмана, тут же удалились.

– Вы хотели поговорить со мной, Айртон? – спросил Гленарван.

– Да, милорд, – ответил боцман.

– Только со мной?

– Да, но мне кажется, было бы лучше, если бы при нашем разговоре присутствовали майор Мак-Наббс и господин Паганель.

– Лучше для кого?

– Для меня.

Айртон говорил очень спокойно. Гленарван пристально посмотрел на него. Затем он послал сказать Мак-Наббсу и Паганелю, что просит их прийти в кают-компанию. Они тотчас явились на его приглашение. Как только оба они уселись у стола, Гленарван сказал боцману:

– Мы вас слушаем.

Несколько минут Айртон собирался с мыслями, потом сказал:

– Милорд, когда два человека заключают между собой сделку или контракт, то при этом обычно присутствуют свидетели. Вот почему я и просил, чтобы здесь были господин Паганель и майор Мак-Наббс. Я, собственно говоря, и хочу предложить вам сделку.

Гленарван, привыкший к манерам Айртона, даже глазом не моргнул, хотя всякое соглашение между ним и этим человеком казалось ему более чем странным.

– Что же это за сделка? – спросил он.

– Так вот, – ответил Айртон, – вы хотите узнать от меня некоторые полезные для вас сведения, а я хочу добиться от вас кое-каких важных для меня уступок. Услуга за услугу, милорд. Подходит вам это или нет?

– А что это за сведения? – живо спросил Паганель.

– Нет, – остановил его Гленарван, – что это за уступки? Айртон кивнул в знак того, что понял мысль Гленарвана.

– Вот, – сказал он, – те уступки, на которые я предлагаю вам пойти. Скажите, милорд, вы по-прежнему намерены передать меня английским властям?

– Да, Айртон, и это будет только справедливо.

– Не спорю, – спокойно отозвался боцман. – Итак, вы не согласились бы вернуть мне свободу?

Гленарван с минуту колебался, прежде чем ответить на такой прямой вопрос. Ведь от его ответа, быть может, зависела судьба Гарри Гранта. Однако чувство долга взяло верх, и он сказал:

– Нет, Айртон, я не могу вернуть вам свободу.

– Я и не прошу об этом! – гордо ответил боцман.

– Так что же вам нужно?

– Нечто среднее между ожидающей меня виселицей и той свободой, которую вы, милорд, не можете мне дать.

– То есть?

– Высадите меня на одном из необитаемых островов Тихого океана и оставьте мне лишь самое необходимое. Там уж я выпутаюсь, как сумею, а со временем – как знать! – может быть, и раскаюсь.

Гленарван, не подготовленный к такому предложению, поглядел на своих друзей. Они не проронили ни слова. Подумав, Гленарван сказал боцману:

– А если я пообещаю вам сделать то, о чем вы просите, Айртон, вы расскажете мне все, что меня интересует?

– Да, милорд, то есть все, что я знаю о капитане Гранте и о судьбе «Британии».

– Всю правду?

– Всю правду.

– Но кто же поручится мне…

– О! Я понимаю, что вас беспокоит, милорд. Вам придется положиться на мое слово – слово преступника! Это верно, но что поделаешь! Так уж вышло. Придется или согласиться или отказаться.

– Я верю вам, Айртон, – просто сказал Гленарван.

– И правильно делаете, милорд. А если даже я обману вас, то вы всегда сможете отомстить мне.

– Каким образом?

– Вернуться на мой остров и снова захватить меня: ведь убежать оттуда я не смогу.

У Айртона был ответ на все. Он предусмотрел все затруднения и сам приводил самые невыгодные для него доводы. Было ясно, что он относился к этой «сделке» с подчеркнутой добросовестностью и был предельно откровенен. Но Айртон показал себя еще более бескорыстным.

– Милорд и вы, господа, – добавил он, – мне хочется убедить вас в том, что я играю в открытую. Я не стремлюсь ввести вас в заблуждение и сейчас еще раз докажу свою искренность в этом деле. Я откровенен потому, что верю в вашу честность.

– Говорите, Айртон, – ответил Гленарван.

– У меня ведь еще нет вашего согласия на мое предложение, и тем не менее я, не колеблясь, говорю вам, что знаю о Гарри Гранте немного.

186